|
Как-то вечером в феврале 2001 года я вышел
из поезда и встретил Катсуру, японку
29 лет.
– Добро пожаловать на дорогу Кумано.
Я отвел взгляд от станции в направлении
заходящего солнца, которое светило
мне прямо в лицо. Что это была за дорога
Кумано? Во время поездки я пытался узнать,
каким образом это отдаленное место
было включено в программу моего официального
визита, организованного фирмой JapanFoundation.
Переводчица мне сказала, что одна моя
подруга, поэтесса Мадока Маюзуми настояла
на том, чтобы я посетил это место, несмотря
на то, что в моем распоряжении было
всего пять дней, и мне предстояло большую
часть времени провести в машине. Мадока
прошла пешком путь в Сантьяго в 1999 году
и считала это своего рода выражением
благодарности.
Пока мы ехали в поезде, моя переводчица
сказала мне: "люди в Кумано очень
странные". Я спросил ее, что она хотела
этим сказать, и она ограничилась одним
лишь словом: "Религиозность". С
моей стороны я решил не настаивать:
часто мы портим паломничество, стараясь
прочитать все проспекты, все книги,
все ссылки в интернете, выслушать все
дружеские советы и комментарии, и приезжаем
на место, зная все о том, что хотим увидеть,
и не оставляя пространства для самого
важного в путешествии: для неожиданности.
- Мы пойдем к камню, - сказала Катсура.
Мы прошли несколько метров до маленького
обелиска с надписями с двух сторон,
установленного прямо на углу и отвоевывающего
место у прохожих, у хозяйственного
магазина, и у проезжающих машин и велосипедов.
С этого места путь Кумано разделялся
на две дороги.
- Если вы пойдете налево, вы совершите
паломничество, которое издревле проделывал
император. Если вы пойдете направо,
вы совершите паломничество обычных
людей, - прокомментировала Катсура.
- Возможно, что путь императора
живописнее, но наверняка путь обычных
людей более оживленный.
Казалось, что она обрадовалась моему
ответу. Мы сели в машину и поехали по
направлению к горам, скрытым в тумане.
Пока Катсура вела машину, она объяснила
мне, что Кумано представляло собой
своего рода полуостров, покрытый холмами,
долинами и лесом, где сожительствовали
в мире разнообразные религии. Доминирующими
были буддизм и синтоизм (национальная
японская религия, предшествующая влияниям
Будды и заключающаяся в поклонении
природным силам), но там можно было
встретить любые вероисповедания и
духовные проявления.
- Сколько километров в этом паломничестве?
– захотелось мне узнать.
Мне показалось, что она меня не поняла.
Я попросил переводчицу перевести вопрос
на японский, но и после этого Катсура
казалась обескураженной моим вопросом.
- Это зависит от того, откуда вы
начинаете, - наконец сказала она.
- Конечно, но на пути в Сантьяго,
если ты начинаешь с Наварры, ты проходишь
примерно 700 км. А здесь?
- Здесь паломничество начинается,
когда ты покидаешь свой дом, а заканчивается,
когда возвращаешься домой. В вашем
случае, поскольку вы живете в Бразилии,
вы сами должны знать расстояние.
Я его не знал, но ответ был разумный.
Паломничество – это только один из
этапов путешествия. Я вспомнил, что
после паломничества в Сантьяго в Испании
я окончательно осознал все, что произошло
со мной, после четырехмесячного пребывания
в Мадриде перед тем, как вернуться домой.
- Люди смотрят на вещи, и не понимают
их в тот же момент, - продолжила Катсура,
- необходимо оставить дома того человека,
которым ты привык быть; он остается
там, и только лишь добрая часть продолжает
подпитываться энергией Богини, являющейся
щедрой матерью. Вредная часть отмирает
из-за отсутствия подпитки, так как демон
очень занят другими людьми, и у него
нет времени заниматься теми, чья душа
не на месте.
Мы поднимались в течение почти двух
часов по небольшой и неровной горной
дороге, пока наш фургон не остановился
у чего-то, похожего на укрытие. Перед
тем, как войти, Катсура сказала:
- Тут живет одна женщина, чьего
возраста мы не знаем, поэтому мы ее
называем Женским Демоном. Я спущусь
в ближайшую деревню, чтобы позвать
одного лесоруба, который объяснит вам,
как следует проделать этот путь.
Уже спускалась ночь, Катсура исчезла
в тумане, и я остался ждать, пока мне
Женский Демон откроет дверь.
Лесоруб и Демон
В затерянном горном укрытии женщина,
именуемая «Женский Демон» и облеченная
в черное кимоно, вышла мне навстречу.
Я снял обувь, вошел в традиционное японское
помещение и понял, что никогда не смогу
заснуть в таком холоде. Я попросил переводчицу,
чтобы она спросила об обогревателе.
Старая японка, с презрением во взгляде,
сказала, что мне стоит привыкнуть к
Шугендо.
- Шугендо?
Но женщина уже исчезла, повелев, чтобы
мы шли ужинать. Через пять минут мы
уже сидели вокруг своего рода очага,
вырытого прямо в земле, над которым
грелся котел, подвешенный к потолку,
а вокруг, на чугунной решетке, пеклась
рыба. Быстро вернулась Катсура в сопровождении
лесоруба.
- Он знает все о пути, - сказала Катсура.
– Спрашивайте его о чем хотите.
- До разговоров давайте выпьем,
- сказал лесоруб. – Саке (что-то похожее
на вино, традиционное в Японии и сделанное
из риса) в определенном количестве
отгоняет злых духов.
- Отгоняет злых духов?
- Напиток после брожения становится
живым, развивается от юности к старости.
Когда он достигает зрелости, он способен
разрушить Дух Скованности, Дух Недостатка
Человеческих Отношений, Дух Страха
и Дух Беспокойства. Тем не менее, если
напиток избыточен, он восстает и призывает
Духов Поражения и Агрессии. Весь вопрос
в том, чтобы знать границу, которую
нельзя преступать. Мы пили саке и ели
рыбу, которая пеклась вокруг очага.
Хозяйка жилища присоединилась к нам.
Я спросил ее, почему ее называют Женским
Демоном
- Потому что никто не знает, ни где
я родилась, ни откуда пришла, ни какого
я возраста. Я решила быть женщиной без
истории, поскольку мое прошлое принесло
мне только боль; в моей стране взорвались
две атомные бомбы, наступил предел
всех моральных и духовных ценностей,
я знаю боль за ушедших близких. Существует
такой род трагедий, которые мы никогда
не поймем. Однажды я решила начать новую
жизнь: тогда я оставила все позади и
пришла жить на эту гору. Я помогаю паломникам,
слежу за укрытием, и проживаю каждый
день так, как если бы это был последний
день моей жизни. И мне радостно от того,
что каждый день я узнаю разных людей.
Я всегда встречаюсь со странными личностями,
как вы, например. Я никогда в жизни не
видела живого бразильца. И до 1985 не
видела ни одного негра.
Мы выпили еще саке, и похоже, что Дух
Недостатка Человеческих Отношений
удалился от нас.
- Почему люди приходят в Кумано?
– спросил я лесоруба.
- Чтобы попросить что-то, выполнить
какой-либо обет или потому что хотят
изменить свою жизнь. Буддисты паломничали
в 99 святых мест, расположенных тут,
и синтоисты посещали 3 храма, посвященных
Земле-Матери. По дороге они встречали
других людей, делились своими бедами
и радостями, молились вместе и в конце
концов понимали, что они не одиноки
в этом мире. И еще они практиковали
Шугендо.
Я вспомнил о том, что мне говорила Женский
Демон, и попросил, чтобы он объяснил
мне, о чем идет речь.
- Это трудно объяснить. Но скажем,
что это абсолютное слияние с природой:
в любви и в боли.
- В боли?
- Для того, чтобы укротить душу,
нужно научиться укрощать тело. И для
того, чтобы укротить тело, необходимо
перестать бояться боли.
И он рассказал, что иногда он ходил
со своим другом на край пропасти, обвязывался
веревкой и повисал над бездной. Его
друг раскачивал веревку, чтобы он несколько
раз ударился о скалы; когда он чувствовал,
что находится на пределе потери сознания,
он подавал знак, и друг поднимал его
наверх.
- Человек должен познать природу
во всех ее проявлениях, - сказал лесоруб.
– Ее щедрость и ее беспощадность. Только
таким образом она может показать нам
то, что знает, а не только то, чему мы
хотим научиться.
Сидя у этого очага, в укрытии, затерянном
где-то в центре Японии, с саке, сокращающим
расстояния, и рядом с Женским Демоном,
смеющимся вместе со мной (или надо мной),
я понял тогда истинность слов лесоруба:
необходимо учиться нужному, а не только
тому, чему хочется. В этот момент я решил,
что найду способ практиковать Шугендо
на пути к Кумано.
(продолжение в следующем выпуске)
|
