|
В канун Рождества настоятель церкви в маленьком городке Сен-Мартен, что во французских Пиренеях, готовился служить мессу, как вдруг почувствовал чудесный аромат. Стояла зима, цветы давным-давно исчезли, но веяло таким приятным запахом, что казалось, будто не в свой черед пришла весна.
Заинтригованный настоятель вышел из церкви, чтобы понять, откуда доносится это благоухание, и заметил юношу, сидевшего на пороге школы. Рядом с ним стояла рождественская ель – но только вся из чистого золота.
- Ах, какая красота! – воскликнул священник. – Источает такой неземной аромат, что достает, кажется, до самых небес. И вся из золота! Откуда она у тебя?
Юношу слова эти совсем не обрадовали.
- Знаю только одно: с каждым шагом это дерево становится все тяжелее, а ветви ее и иглы – все тверже и жестче. Только я не верю, что это золото, и опасаюсь, как бы мне не влетело от родителей.
- Утром вышел я из дому, -- продолжал он. – и отправился в большой город Тарб: мать дала мне денег на покупку красивой елки. А когда проходил через какую-то деревушку, заметил пожилую женщину – она была совсем одна и ей не с кем было встретить великий праздник всего христианского мира. И я дал ей немного денег на рождественский ужин, ибо не сомневался, что сумею выторговать елку подешевле.
А когда добрался наконец до Тарба, мне пришлось пройти мимо городской тюрьмы, у ворот которой стояли родственники заключенных, ожидавшие свидания. Все были печальны, потому что сочельник им предстояло провести в разлуке с близкими. Я услышал, как иные из них сетовали, что не смогли купить даже кусочек рождественского пирога. И в ту же минуту, движимый идеализмом, свойственным, говорят, людям моего возраста, я решил разделить мои деньги с теми, кто нуждался сильнее, чем я. А себе оставить лишь самую малость – хозяин цветочного магазина – друг нашей семьи и, конечно, даст мне елку, а на следующей неделе я отработаю свой долг.
Однако придя на рынок, убедился, что мой знакомый сегодня не работает. Я попытался у кого-нибудь одолжить денег на покупку ели, но все оказалось тщетно.
Тогда я убедил самого себя, что если пообедаю, то буду соображать лучше. А когда подходил к бару, какой-то мальчик – на вид чужестранец -- попросил у меня монетку: у него уже двое суток маковой росинки во рту не было. Представив, как, быть может, голодал когда-то и маленький Иисус, я отдал мальчику все, что у меня оставалось, да и пошел домой. А на обратном пути отломил еловую ветвь, но она с каждым шагом становилась все тверже, будто сделана из металла… И это совсем не то, чего ждет моя мать.
- Дорогой мой, - сказал юноше священник. – благоухание, исходящее от нее, не оставляет сомнений в том, что к ней прикоснулась длань Господня. Я сейчас доскажу тебе окончание твоей истории:
Как только ты ушел от той старушки, она немедленно воззвала к Пречистой Деве, прося вознаградить тебя за нежданную милость. Родственники заключенных уверились, что мимо проходил ангел, и стали молиться, благодаря ангелов за ниспосланные рождественские пироги. Встретившийся тебе мальчик поблагодарил Иисуса за то, что ты не дал ему умереть с голоду.
Пречистая Дева, ангелы и Иисус услышали молитвы тех, кому ты помог. И когда ты отломил еловую лапу, Богоматерь осенила ее благоуханием милосердия. Когда ты шел по дороге, ангелы прикасались к веточкам и иголкам, и те становились золотыми. И наконец когда все было готово, Иисус оглядел их труды, благословил их, и отныне грехи всякого, кто дотронется до этого рождественского древа, будут прощены, а желания – исполнены.
Так и стало. Легенда гласит, что священная ель стоит теперь в Сен-Мартене, однако сила ее столь велика, что осеняет благодатью любого, кто поможет своему ближнему в канун Рождества независимо от того, сколь далеко находится он от деревушки на Пиренеях.
|
